Вересковый мёд в зимнюю стужу...или Boadicea the Victorious Invigorating edp

Из вереска напиток
Забыт давным-давно.
А был он слаще меда,
Пьянее, чем вино.
В котлах его варили
И пили всей семьей
Малютки-медовары
В пещерах под землёй…
Р.Л. Стивенсон (перевод С.Я. Маршак)

Boadicea the Victorious Invigorating edp — аромат группы цветочные фруктовые сладкие авторства John Stephen. Выпущен в 2008 году. Пирамида аромата: юзу, бергамот, апельсин, лакричник, мексиканский шоколад; жасмин, герань, роза; смолы, лабданум и серая амбра.

Когда берёшь в руки этот флакон, сразу понимаешь, что ему нужна история: и не обрывок сухих знаков пожелтевшей газеты, не женский легкомысленный роман в мягкой обложке, который находишь на покосившейся книжной полке в неуютной и чужой, снятой для командировки квартире, не тяжёлый научный труд с синим размазанным клеймом библиотеки на титульном листе, а настоящая сказка, какие читал только в детстве — читал и верил в неё, погружаясь в Мир легенд и преданий.
Это та самая история, что случилась на ветреном и сыром побережье Атлантики, изрезанном бухтами и песчаными косами, покрытом, как зверь густой шерстью, вересковыми пустошами, усеянными, как тяжёлыми слезами, гигантскими гранитными валунами. Это дикие земли прекрасной Шотландии, воспетой Робертом Льюсом Стивенсоном в поэме Вересковый мед. О том, как храбрые пикты, последние из них, завоёванные, но не покорённые шотландским королем, сохранили тайну своего необыкновенного напитка, заплатив за сохранность древнего рецепта своими жизнями. Красивая и грустная легенда о сильном народе! Очень подходящая для того, чтобы рассказать о сильном аромате!
Косаясь прохладных кос кельтских узоров как-будто погружаешься в самую суть легенды: чувствуешь ветер в волосах, боль в пальцах, натягивающих тетиву лука, крики чернобровых альбатросов над головой, особый аромат нагретых солнцем камней и земли, горько-сладких трав, дыма от костра, в которой только что кинули ароматную еловую веточку…
Аромат нездешний, он как будто создан для простой одежды, порывистых движений, естественности и природности. Он сладкий сладостью сухих трав, смол и густых золотых бальзамов, горький и сухой ароматическими настойками, алкогольный терпким напитком из дубовой бочки, тяжёлый какой-то животной теплотой. Его знак — знак земли, цвет — золотого островного виски. Его аромат — аромат природы Шотландии: густой и плотный торфяной, с крупицами соли принесенными океаническим бризом, травный от растущих на плодородной земле растений. Его музыка — мелодии кельтских хороводов из альбома Blackmore’s Night.
Но и он сам так же ладен как мелодия танца! Текучий, он все время меняется, все время разный. В удивлении вдыхаю: солёный, сладковатый, маслянистый, тяжёлый! Не спрашивайте меня, какой он — я и сама не знаю!
Как кельтские узоры имитируют плетение кос, тканей и корзин, а, говорят, и движение рук колдуний — пассов и взмахов их ладоней, мелькающих в плетении нитей волшебства и силы, так и флакон с кельтскими узорами содержит зелье, разлитое из колдовского чана, ингредиенты которого так и останутся неизвестными для непосвящённых.
Амбровый, смолистый, с красивым сочным цитрусовым началом (как-будто выжали сок из апельсинов сорта яффа, с мякотью). Фруктовый цитрусовый старт короткий и яркий. Аромат переходит к смолисто-амбровому раскрытию, а потом пульсирует, переливаясь, не останавливаясь в одном состоянии. Смолы, теплые и текучие как майский мёд, подслащены солодкой.
Ассоциативно, он движется как тяжёлая и вязкая ртуть, без бликов, в каком-то медленном, плавном движении. Такого раньше не встречала!
Бытует мнение, что есть в аромате не заявленная в пирамиде яркая виноградная нота, как-будто раздавленная ягода сорта Изабелла. Соглашусь и опровергну. Парфюмерное впечатление есть, но как-бы и нет, аромат не виноградный совершенно. Удивительное сочетание ингредиентов даёт буквально на мгновение поймать что-то похожее… Но это как посмотреть на картинку-загадку под определённым углом: можно заметить, а можно и не найти. Какой-то оттенок безусловно присутствует, особенно, если ты его ищешь, вчитываешься в пирамиду нот, распознаешь. Он появляется вместе с вашим фокусом на нем и точно так же пропадает.
Если слушать глубоко, погружаясь в аромат, возникает чувство, как-будто хрустнула плитка чёрного горького шоколада. Это не сам шоколад, это намёк на него. Сухая горькая шоколадная стружка.
Аромат немножко резиновый и кожаный, животный, живой! И тут же — медовый, пьянящий, как тот самый вересковый мёд, который больше не сварят истреблённые пикты.

А может, это совсем другой напиток, из тех, что рождаются из торфяных болот острова Скай — гармонично соединившийся с ячменем, познавший архаичную магию в перегонных кубах, томившийся в бочках из-под Бурбона или хереса и, наконец, разлитый жидким золотом в бокал «хайболл» односолодовый Лагавуллин. В тишине подносишь ко рту запотевший бокал — чистый напиток, кристаллы льда не звякнут, не перебьют момент наслаждения. С кожи запястья тоненько повеет еловым духом, тёплым как древесный уголёк…

Характеристики:
Сезон: зима/осень
Стойкость: стойкий
Шлейф: средний/близко к коже
Принадлежность: унисекс
Крепость — 40%